Ярмарки — краски

OlLwLSdL1nAВсем привет, а тем, кто в приветах не нуждается — пока! Злобно, да? Зато справедливо.

А то пишут тут мне, мол Ева — так себе писатель, ничего не пишет, только мнит из себя.  Да, я мну, ибо сейчас у меня тут небольшой писательский застой и ещё одно дельце, про которое напишу ниже всего вот этого предисловия.
Про погоды покамест.  Погоды стоят шикарные: дожди, холодищща, то есть именно так, как я люблю и как хотела бы, чтобы выглядело лето. Но иногда конечно надоедает холод, но потом вспоминаю про адово пекло и на душе снова становится радостно, что холодищща.

В общем так, Натаха разводится.  Никто и не ожидал, ведь всё было чинно — важно. Натаха работала на ярмарке строительной,  продавала плинтуса, хотя в годы учёбы на инязе Натаха, помнится мне, вообще не собиралась падать с головой в торговлю. Когда мы курили в курилке между парами стилистики и теоретической грамматики,  Натаха собиралась замуж за Питера — Мямлю и уехать в Кёльн, чтобы там стать немкой и пить пиво пенное. И Питер был не против, мы видели.  Питер у нас в универе учился по какому — то русско — немецкому обмену студентами уже десятый год.  Этот Питер такой был тютя, что видать менять его обратно Германия не захотела и Питер проживал у нас здесь как местный житель уже и Натаха с этим Питером решила связать жизнь и в оконцовке всё ж таки обменять его обратно в Германию.  Они снимали квартиру, Натаха бодрая такая и Питер — Мямля. И вроде как всё ровно шло, но потом пятидесятилетняя преподаватель теории и практики перевода (Елена Савельевна) взяла Питера в оборот, съездила в Кёльн, нашла там того Русского, который заместо Питера в Германии прижился и обменяла Питера назад,  перед этим зарегившись узами брака с Питером и они оба уехали пить пиво пенное на Питерову историческую родину хэндехохов. А вот тот Последний Русский,  который вернулся наконец — то на Родину,  как — то состыковался с Натахой и они стали парой. Этот русский оказался нормальным и открыл киоск на строительной ярмарке и Натаха там теперь вовсю бойко торгует плинтусами. Так вот недавно я узнала, что развод пары неминуем.

Как оказалось, Русского потянуло на ностальгию и он написал письмо Питеру и пятидесятилетней преподавательнице теории и практики перевода (Елене Савельевне).  В письме выражал им респект и просился погостить и вспомнить всё. Они выслали ему приглашение и Русский поехал.  И как — то сразу там пристроился и будет жениться на Хельге, подруге преподавательницы теории и практики перевода (Елены Савельевны). Вот должен скоро приехать, дабы уладить здесь дела перед эмиграцией — киоск — то с плинтусами надо продавать. Для Натахи такое предательство оказалось неожиданно и она обещает опустить Русского ниже плинтуса. И сама уже подала на развод поперёд батьки. Собирается делить киоск — я, говорит, киоск не отдам.  Я, говорит,  ему дастиш фантастиш с маслом покажу!  Ладно, говорит, он говнюк, но киоск — то причём?!  Как я без киоска, говорит, буду?!  Мы понимаем Натаху — всю жизнь ведь в киоске!  Короче говоря,  ждём битву.

Ну а мы с Крюковичем тем временем даром времени не теряем и собираемся в гости к Тетяне на море. Ну вы понимаете, да?! Старик и море!  Мне это море уже заманало сниться и я прям вся уже на пупе извертелась от ожидания и даже купила Крюковичу чемодан в виде зайца. Там будут игрушки и соса лежать! В общем, не загадамши, ждите в скором времени фото меня в купальном костюме и Крюка в антураже морском.  Про купальный костюм скажу сразу,  чтоб не палиться — верх у меня есть, а низ пропал, так как за годы декрета перекладывался купальник из пустого в порожнее,  поэтому лифчик будет в полоску,  а трусы в клетку,  но это же не главное, правда?!


Об авторе Eva Weiss

Истинная арийка. Беспощадна к врагам рейха.
Запись опубликована в рубрике Обо всём. Добавьте в закладки постоянную ссылку.